18+



15 май 2021, Суббота
600
0
Вахтанговская «Медея»«Неисцелим и страшен гнев встает, Когда вражда людей сшибает близких», - эти слова из «Медеи» Жана Ануя актуальны вот уже третье тысячелетие, к сожалению…

Греческую трагедию на Новой сцене лучшего театра страны разыгрывают вахтанговцы во главе с Юлий Рутберг и Григорием Антипенко.

Практически темная сцена и огромный ковер – в таких декорациях рассказана и показана трагедия Медеи (Юлия Рутберг), которая предала своего отца и убила родного брата, чтобы помочь герою Ясону (Григорий Антипенко) украсть золотое руно. А дальше, как у Достоевского – «наказание»: десять лет скитаний по свету вместе с возлюбленным, тяготы походной жизни, участие в боях и как результат – одиночество, телега, нянька и двое детей.
Зритель видит не женщину-мать Медею, а скорее воина, который полон вражды и ненависти. Юлия Рутберг и Григорий Антипенко даже свою любовь превращают в битву, причем, с явно трагическим концом. Таким классический текст Еврипида представил французский драматург Жан Ануй - именно он сделал Медею дикаркой, уроженкой загадочного Кавказа, для которой нет «средины», только крайности. А воплотил на вахтанговской сцене «новую» Медею режиссер – постановщик Михаил Цитриняк.

«Для нее существует любовь, а человек без любви, засохшее растение. Если он не испытал любви, не борется за нее, ему не понять Медею. Наверное, мы не можем любить ее, но нам есть, за что ее уважать», - говорит о своей героине Юлия Рубрерг.

Учитывая, что сейчас проблема мигрантов встала в полный рост, эта постановка приобрел еще один смысл: отношение местных к пришлым. Но главная «красная нить» спектакля - это Выбор. Медея, сделавшая его, расплачивается всю оставшуюся жизнь: она остается одна, Ясон бросает жену. Григорий Антипенко, устами и поступками своего героя, показывает, что делает он это не ради сытной жизни с влюбленной в него дочерью царя. Решение Ясона выглядят не как предательство, а как попытка спастись. От скитаний и потрясений он устал и хочет мира, а Медея - она продолжает «воевать», превращая их жизнь в ад.

«Я не играю какого-то древнегреческого парня. Я играю самого себя. В моей жизни тоже такое было. До трагедии, конечно, не дошло, но было тяжело. После таких ролей сложно отходить чисто психологически… Жан Ануй - это серьезный драматург, таких сейчас не так уж и много, и в таких текстах мы находим ответы на свои вопросы», - характеризует поступки своего героя, а заодно и свои, Григорий Антипенко.

Трагедия заканчивается полным адом – Медея, понимая, что физически удержать Ясона не может, решает навсегда остаться в его памяти. Она рисует кровью свой потрет для возлюбленного, отравляет новую невесту мужа, ее отца и убивает своих собственных детей…

Юлия Рутберг практически неправдоподобно играет притягательное зло, не контролируемую страсть, любовь, которая стала пагубной привычкой. Голос Юлии Рутберг - глубокий, низкий, чуть хриплый, почти мужской. «Волчьи завывания» подчеркивали всю изначальную сущность такой жесткой трагедии, разыгранной на вахтанговской сцене. Григорий Антипенко профессионально подыграл Рутберг и режиссеру, да и французскому драматургу с греческим Еврипидом.

После просмотра спектакля у многих были слезы на глазах. Но, наверное, не каждый бы смог объяснить из-за чего: жалко Медею, ее убиенных детей, Ясона или жизнь, которая вокруг нас.

Материал: News-w.org / Сабадаш Владимир
Фото: пресс-служба театра Вахтангова













Обсудить
Добавить комментарий
Комментарии (0)